MBA на каникулах

Дмитрий Лисицин Источник: Журнал «Секрет Фирмы»

Западные бизнес-школы сокращают персонал и экономят на обедах, а их выпускники не могут найти себе работу. Если так пойдет дальше, поговорка «диплом MBA стоит не дороже бумаги, на которой он напечатан» станет реальностью.

«Цель управленца — служение добру на благо других. Я не буду жадным»,— такое обещание дали в этом году выпускники Harvard Business School (HBS). Эта клятва совсем не случайно совпала с кризисом.

Сегодня все чаще звучат голоса критиков, что причиной нынешней финансовой депрессии стали бизнес-школы. Якобы идеи, почерпнутые выпускниками NYU Stern School of Business Ричардом Фалдом (экс-управляющий Lehman Brothers) и HBS Стэном О’Нилом (бывший глава Merrill Lynch) в своих школах, разорили их компании и нанесли страшный удар мировой экономике. «Я считаю, что брэнд нашей школы в некоторой степени испорчен»,— комментирует профессор HBS Пол Хили.

Не лучше обстоят дела у школ и с их собственным бизнесом. Трудности испытывают даже настоящие монстры рынка. Например, в конце июня декан HBS Джей Лайт заявил, что к началу нового учебного года школа сократит 13% персонала. Ранее аналогичную операцию проделал декан Stanford GSB Дэн Рудольф, уволивший 12% сотрудников — 49 человек. Кроме того, обе школы серьезно затянули пояса, начав экономить на книгах, транспорте и питании.

Финансовые потери школ не в последнюю очередь связаны с падением спроса на короткие программы (открытые и корпоративные программы по заказу фирм). В кризис многие компании начали экономить, урезав расходы на обучение. Тем самым они лишили школы ключевого источника доходов, найти альтернативу которому пока не удается. Впрочем, даже если корпоративные клиенты вернутся, это не решит всех проблем бизнес-школ.

Бесполезная бумажка

«Каждому, кто поможет мне попасть в Oxford, я пришлю кусочек моего диплома»,— такое сообщение оставил летом прошлого года абитуриент Oxford Said Business School Брендан Бейкер на своем личном сайте. У поступившего в Said Бейкера не было $90 тыс. на оплату обучения, поэтому он решил собрать нужную сумму через интернет (для этого было достаточно, чтобы 30 тыс. человек скинулись каждый по $3). Но план провалился: до начала учебного года Брендан смог привлечь лишь $11 тыс. Ему пришлось отказаться от бизнес-школы, а собранные деньги он раздал на благотворительность.

Сегодня по стопам Бейкера идут многие соискатели MBA-программ. Они пытаются наскрести денег на учебу с помощью специализированных социальных сетей: Greennote.com, Fynanz.com и Gradefund.com. Раздобыть деньги на обучение иным способом они не могут.

Царящая в экономике депрессия привела к странной ситуации на рынке бизнес-образования. С одной стороны, на программы MBA сохраняется высокий спрос: по данным Graduate Management Admission Council (GMAC), в кризис он не упал, а даже немного увеличился. С другой стороны, бизнес-школам практически нечего предложить кандидатам.

Первая болевая точка — кредиты на обучение. В США с началом кризиса банки один за другим стали выходить из федеральной семейной образовательной кредитной программы (FFELP). Еще осенью прошлого года Citibank приостановил действие программы Citiassist в некоторых вузах, в том числе в Harvard University и MIT. В результате, бизнес-школы оказались в двусмысленном положении: у них есть талантливые соискатели, которых они не могут принять по причине недостаточной кредитоспособности.

Другая проблема состоит в том, что выпускников бизнес-школ сегодня не берут на работу. Об этом свидетельствуют данные по трудоустройству дипломников. Так, в UCLA Anderson School of Management уровень рекрутинга в кампусе упал на 24%, а количество объявлений о вакансиях в испанской Instituto de Empresa снизилось на 30%. Невостребованность выпускников связана с двумя причинами. Первая — прижимистость компаний, которые в кризис экономят на дорогостоящем управленческом персонале. Вторая — бизнес-школы традиционно делегируют слишком много своих воспитанников в финансовую индустрию. До кризиса около 40% выпускников ведущих бизнес-школ вроде HBS и Wharton шли работать в финансовую отрасль, где сейчас почти нет вакансий.

Принято считать, что диплом MBA — это один из лучших инструментов развития карьеры. Целесообразность инвестиций в бизнес-образование обосновывается разницей между зарплатой до и после получения степени. Но сейчас выпускники готовы смириться с отсутствием карьерного роста. Например, Том Шапиро, получивший степень MBA в Instituto de Empresa в 2008 году, был вынужден вернуться к своей прежней должности ИТ-консультанта. «Поначалу я расстроился, но потом решил, что на самом деле я счастливчик,— заявил Шапиро.— Ведь у меня есть работа».

Но долго так продолжаться не может: если школы не решат проблему с трудоустройством, то диплом MBA просто потеряет свой смысл.

Использованы материалы BusinessWeek