Рынок труда застыл в тревожном ожидании

Анна БЕЛОВА Источник: Yтро.ru

Рынок труда застыл в тревожном ожидании — к концу лета станет окончательно ясно, вышел ли он из кризисной депрессии или всем нам стоит ждать новых сокращений.

Своими прогнозами относительно дальнейшего развития событий делится Екатерина Варга, руководитель проекта Pyndex группы компаний Pynes, специализирующихся на оказании комплексных услуг в области управления персоналом.

Какие тенденции складываются сегодня на рынке труда? Что нас ждет завтра?


Екатерина Варга: Согласно результатам нашего мониторинга, пик сокращений приходился на февраль-март, сейчас они более-менее пошли на спад. Среди производственных компаний доля занимающихся высвобождением сотрудников — примерно 40%. Но не сказать, что процесс масштабный: на данный момент объем сокращения численности составляет 5-10% от состояния на август 2008 года. Заметные сокращения прошли в секторе недвижимости. Там, пожалуй, они были самыми серьезными. Объем сокращений 35-39%, то есть более трети. Кроме того, явно пересматривают подходы к управлению персоналом розничные и медийные компании, а также компании, занимающиеся машиностроением и сложным оборудованием.

Часть компаний, с представителями которых я беседовала, отмечают, что на данный момент они осуществили достаточное количество сокращений, но не исключают того, что по результатам лета, осенью, высвободят еще некоторую часть сотрудников. Возможна очередная волна мер, направленных на сокращение расходов на персонал.

Другими словами, надо ждать второй волны сокращений?


Е. В.:
Это достаточно сложно спрогнозировать. И невозможно предугадать, будет ли она более масштабна, чем первая, или менее. Дело вот в чем: компании сокращают персонал в силу различных обстоятельств. Например, ситуация стабилизировалась, продажи пошли вверх, и компания перестала планировать сокращение расходов на персонал. Но может случиться и так, что у компании есть некоторая сезонность продаж, например, летний всплеск или наоборот спад. И от того, как она переживет лето, зависит реализация того или иного сценария.

Какие профессии окажутся в зоне риска?

Е. В.: Сложно давать конкретные прогнозы, сильна отраслевая специфика. Например, понятно, что для real estate 2010 год будет очень тяжелым. Первый удар приняли на себя в основном девелоперские и строительные компании, но понятно, что волна доберется и до компаний, занимающихся управлением недвижимостью.

На фоне всех очень хорошо себя чувствует фармацевтика. Но даже несмотря на относительную стабильность, в нескольких компаниях мне сказали, что сейчас внимательно смотрят на дальнейшее развитие рынка. И ситуация «все страдают, а мы в шоколаде» может скоро измениться.

А профессии, традиционно востребованные до кризиса — бухгалтеры, финансовый менеджмент, каковы их перспективы?

Е. В.: Нет ощущения, что с финансистами на рынке стало менее напряженно. Масштабные увольнения прошли в сферах управления персоналом, маркетинга, PR. Среди финансистов в большей степени ужался розничный персонал в банках, также в сложной ситуации оказались инвестиционные проекты. Но высококвалифицированные финансисты мало пострадали, потому что в тяжелых условиях грамотный и четкий финансовый менеджмент просто необходим.

В каких отраслях произошло максимальное снижение заработных плат?

Е. В.: Я могу сказать, в каких отраслях наиболее часто сокращали оклады. Это медийные компании, компании секторов ритейл, машиностроение и сложное оборудование. И в ближайшие три месяца это соотношение сохранится. Причем интересно, что российские компании реагировали на кризис жестче, чем иностранные. Почему так произошло сказать сложно. С одной стороны, считается, что российские компании в докризисное время предоставляли более высокие зарплаты, более агрессивные схемы премирования, и таким образом собирали на рынке труда более «быстрых» и готовых рисковать сотрудников. С другой стороны, по российскому бизнесу финансовый кризис ударил сильнее в силу более высокой долговой нагрузки. Как следствие, сейчас российские компании находятся в более тяжелом финансовом положении.

Сейчас идет снижение не только заработных плат, но и бонусов. Есть ли какие-то сферы, работники которых могут рассчитывать на то, что систему премий им сохранят?

Е. В.: По нашим данным, около 15% компаний сократили круг позиций, предполагающих выплату премии. Это в большей степени касается российских компаний, т.к. в них, помимо всего прочего, существовала избыточная система бонусов.

Рассмотрим ситуацию: бухгалтеру решили платить не фиксированный бонус, скажем, тринадцатую зарплату к Новому году, а переменные премии. На самом деле это неоправданно для позиций в поддерживающих подразделениях, т.е. не генерирующих прибыль организации. Или ты делаешь то, что тебе положено в соответствии с твоими должностными инструкциями, или нет. В первом случае ты получаешь за это зарплату, во втором случае тебя нужно гнать. Тут не может быть градации «делаешь хорошо или очень хорошо». Разумно давать переменную премию в том случае, если ты непосредственно влияешь на прибыль компании и работаешь хорошо, очень хорошо, супер хорошо, ну и так далее. Бухгалтер не может сдать 6 отчетов вместо четырех, соответственно о каких переменных премиях может идти речь?

Те перекосы, которые имели место быть, сейчас исправляют. Значительно сократили количество сотрудников, подпадающих под премии, в финансовой сфере — на 22%. Уходит в прошлое принцип «мы все хорошо зарабатываем, и поэтому давайте выплатим немного дополнительных денег и нашим поддерживающим отделам». Но если мы посмотрим на фармацевтическую отрасль, то там, наоборот, выплаты увеличились в 60% компаний.

А есть ли какие-то отрасли, в которые сейчас людей набирают?


Е. В.: Опять же фармацевтика. Но на самом деле не так много компаний, ответивших, что по сравнению с августом 2008 г. они увеличили численность, их общее количество составляет 23%. В период с декабря по февраль во многих компаниях был так называемый recruitment freeze — найм новых сотрудников был заморожен, компании застыли на месте и ждали, что будет дальше. Сейчас 84% отметили, что набирают людей, по крайней мере, на критичные для бизнеса позиции. Из них 27% нанимают в связи с планами развития. Кризис кризисом, но бизнес должен двигаться вперед. Аутсайдеры в этой ситуации банки, real estate, тяжелая промышленность, ритейл, медийные компании, то есть наиболее пострадавшие от кризиса.

Что ждет российский рынок труда в среднесрочной и долгосрочной перспективе?

Е. В.: Я бы сказала, что теперь о таких понятиях как «долгосрочная перспектива» относительно рынка труда можно забыть. Все настолько быстро меняется, что горизонт прогнозирования сузился. В нашей стране очень много городов, самочувствие которых зависит от конкретного предприятия. В данном случае ситуация будет определяться состоянием таких предприятий. Мегаполисы, экономика которых более диверсифицирована, будут чувствовать себя лучше.

Оживления на рынке труда мы можем ожидать только после оживления экономики в целом. Понятно, что мелкий и средний бизнес чувствует себя лучше, чем гиганты, но непонятно, насколько он готов выстоять в кризис. Так что о глобальных процессах рассуждать сейчас очень сложно. Краткосрочная перспектива — смотреть, что будет в сентябре. Хотя ожидания тревожные.