Западные «звезды» российского бизнес-образования

30.11.2006 / MBA в России
Юлия Беловицкая Источник: Элитный персонал

Совместные программы предусматривают не только выдачу престижного иностранного диплома МВА, но и участие в обучении зарубежных преподавателей. Что нового привносят в программы приглашенные профессора, чем отличаются их методы и как воспринимаются слушателями? На эти вопросы отвечают участники круглого стола.

Приобщение к глобальной среде

Отечественное бизнес-образование сегодня обладает большим интеллектуальным потенциалом. За 15 лет созданы авторитетные коллективы, которыми накоплен существенный опыт. Тем не менее, партнерство с зарубежными бизнес-школами остается актуальным аспектом. «Общение с западными профессорами существенно повышает качество программы для слушателей с хорошим знанием английского языка, — говорит Михаил Зайцев, руководитель программы Executive МВА ИБДА АНХ. — Кроме того, российские преподаватели получают прекрасную возможность учиться у зарубежных коллег в ходе совместной работы, а не кратких официальных визитов».

На программах МВА и Executive MBA, осуществляемых совместно с зарубежными университетами, значительную часть аудиторных занятий проводят иностранные преподаватели, которые читают блоки по отдельным дисциплинам. Помимо этого, контакты с европейскими и американскими университетами позволяют привлекать иностранных практиков-консультантов в качестве guest-спикеров для разовых занятий.

Подобное сотрудничество создает атмосферу причастности к решению глобальным проблем. Российские слушатели встречаются с разными стилями преподавания и подходами к решению бизнес-задач. Впоследствии, выезжая на зарубежные стажировки, они уже подготовлены к общению с иностранцами и лучше адаптируются в западной среде бизнеса. «По степени интеграции в международную экономику Россия, безусловно, отстает от ведущих европейских стран и США, — подчеркивает Виктория Печковская, декан школы МВА Института экономики и финансов «Синергия». — Поэтому по таким предметам, как глобальный стратегический менеджмент, международный маркетинг и международная финансовая отчетность, российские студенты предпочитают послушать высококвалифицированных западных преподавателей, стремятся получить знания из оригинального источника».

По мнению Елены Бондаревской, директора программ МВА Санкт-Петербургского международного института менеджмента, приобщение к мировому опыту реализации программ МВА позволяет российским бизнес-школам избавляться от некоторой «местечковости» и своевременно знакомиться с универсальными глобальными тенденциям. «Контактируя с западными коллегами, российские бизнес-школы получают возможность «держать руку на пульсе» мировых тенденций, отслеживать новые методики преподавания. Как правило, то, что мы видим в западном бизнес-образовании сегодня, придет в Россию в самом ближайшем завтра», — говорит она.

Свежие тенденции

Раньше любой западный преподаватель, приезжавший в Россию, имел большой успех, просто потому что обладал знаниями о методах управления в условиях рыночной экономики. Теперь российские слушатели программ МВА сами имеют высокую квалификацию, а потому предъявляют очень высокие требования к приглашаемым преподавателям. «Например, в такой сфере, как ведение переговоров и разрешение конфликтов, не каждый зарубежный преподаватель способен удовлетворить требованиям наших слушателей, — уверена Виктория Печковская. — В России предпринимательство существует в условиях рискового менеджмента, ситуационного управления, сильно меняющейся бизнес-среды. Преподаватель с опытом в более спокойной западной среде бизнеса здесь не всегда компетентен».

И напротив, таким областям, как производственный и операционный менеджмент, в отечественных школах уделяется мало внимания. По словам Михаила Зайцева, этот недостаток связан с пробелами в научной подготовке российских преподавателей. «Более высокие рейтинги также получают западные преподаватели по финансам», — отмечает он.

Социальная ответственность бизнеса на Западе является показателем его цивилизованности, а этот предмет — одним из самых востребованных на зарубежных программах МВА. В российских программах он встречается крайне редко, хотя многие слушатели испытывают потребность в такой дисциплине. «В российской действительности социальная ответственность бизнеса перед обществом развита крайне слабо, поэтому только западные преподаватели способны вести этот курс, — считает Виктория Печковская. — В российских программах также трудно найти, например, стратегическое управление поставками. На уровне программ для топ-менеджеров его тоже читают иностранцы».

Многие дисциплины, которые сейчас входят в учебный план российских программ, когда-то пришли к нам с Запада, и эта тенденция продолжает существовать. «Например, управление изменениями или управление стоимостью компании не так давно были абсолютно новыми понятиями, а теперь успешно преподаются в российских школах бизнеса, — рассказывает Елена Бондаревская. — Отечественные программы порой страдают излишне каноническим подходом и предлагают только набор традиционных курсов. Западные программы и преподаватели привносят свежие идеи: сначала в виде спецкурсов, а потом и в форме базовых дисциплин».

Преодоление языкового барьера

Недостаточное знание иностранных языков, и, прежде всего, — английского, остается одним из самых сложных препятствий в общении с зарубежными преподавателями. «Не более 20% менеджеров в возрасте до сорока лет уверенно знают английский, а среди старшего поколения эта доля существенно ниже», — говорит Виктория Печковская. «Как правило, те преподаватели, которые утверждают, что нам не нужны контакты с западными коллегами, сами не слишком хорошо говорят по-английски», — уточняет Михаил Зайцев.

В разных школах по-своему подходят к решению этой проблемы. Если на программе учится большое число слушателей с посредственным знанием иностранного языка, то гораздо удобнее пригласить переводчика. «Часто бывает, что студенты владеют английским на уровне восприятия лекций и чтения материала, — рассказывает Виктория Печковская. — Но, когда речь идет об интерактивном общении, о необходимости участвовать в дискуссиях или разбирать кейсы, очень небольшое число слушателей способно сразу говорить по-английски. Переводчик помогает снять языковой барьер и приобщиться к международным знаниям».

Михаил Зайцев, напротив, считает, что если студент не говорит свободно по-английски, то всякое участие иностранных преподавателей бесполезно. Синхронный перевод в интерактивных занятиях совершенно не помогает. Именно слушатель, а не преподаватель, является центральной фигурой любого интерактивного метода, поэтому он должен уметь свободно выражать свои мысли по-английски. По мнению Елены Бондаревской, синхронный перевод, даже качественный, не позволяет передать все смысловые оттенки живых дискуссий. А время на последовательный перевод слишком «дорого» терять, снижается эффективность занятий.

«Стыковка» менталитетов

Еще одним барьером, хотя и не столь явным, как языковой, является несовпадение российского и западного менталитетов. Преодолевать его приходится с двух сторон: и нашим студентам, и иностранным профессорам.

В системе образования англоязычных стран изначально принято активно участвовать в дискуссиях и спорить с преподавателем, отстаивая свою точку зрения. Западный преподаватель обычно выступает как тренер, который провоцирует слушателя к интерактивной работе. И наоборот, многие наши студенты настроены на пассивное прослушивание лекций. Михаил Зайцев отмечает, что западным партнерам на совместной программе также приходится подстраивать свой стиль под «неистребимую российскую ментальность».

Зарубежные преподаватели отличаются исключительно высокой требовательностью. Однако и им приходится учитывать особенности наших слушателей, способных приходить в аудиторию с опозданием на полчаса, при этом общаясь по мобильному телефону. Наши студенты не стесняются списывать, несмотря на свой солидный возраст и высокую должность. «Я знаю случай, когда один профессор из Европы получил две одинаковые письменные работы по финансам, — рассказывает г-н Зайцев. — У себя на родине он, не сомневаясь, поставил бы два «ноля» и не стал разбираться, кто списал и у кого. Но в России он поставил «ноль» лишь тем, кто списывал, а их товарищам снизил балл». Тем не менее, преподаватель выразил обиду в адрес слушателей, которые почему-то решили, что он не станет подробно изучать их работы. В дальнейшем весь курс обсуждал произошедший инцидент. Для многих этот пример оказался хорошим уроком: хотите быть приняты на Западе — прощайтесь с нечестными методами.

От шапочного знакомства к совместной работе

Принцип международного партнерства разделяют все эксперты, однако формы сотрудничества могут быть разными. Каждой школой бизнеса уже накоплен свой опыт, как удачный, так и не слишком. Все зависит от целей привлечения иностранных преподавателей, уровня подготовки аудитории и характера организации учебного процесса.

По словам Елены Бондаревской, на регулярной основе в наших бизнес-школах, как правило, работают западные «звезды» не первой величины. Эффективность проводимых ими занятий зачастую нисколько не выше по сравнению с преподавателями самой школы или приглашенными россиянами. «Оценивая результат, понимаешь, что российский преподаватель сделал бы этот курс, как минимум, не хуже. И тогда затраты времени и усилий, связанные с организацией приезда коллег из-за рубежа, кажутся напрасными», — говорит она.

Михаил Зайцев соглашается с коллегой: «Не любой западный преподаватель лучше нашего. Случается, что иностранец получает низкие оценки от слушателей и прекращает работать. С другой стороны, приглашение западного гуру бизнеса может обойтись бизнес-школе до 30 тысяч долларов за два дня, но реальную пользу этих визитов оценить трудно». Гораздо важнее постоянное сотрудничество наших преподавателей с западными. При таком подходе, во-первых, повышается качество преподавания, а во-вторых, слушатели получают возможность общения в кросс-культурной среде, где пересекаются разные точки зрения.