Специалист по звуковым дефектам

Елена Алеева Источник: Деньги

Тренинги по технике речи полезны многим, но немногие отваживаются на посещение групповых занятий. Причиной может стать стеснительность или высокий статус человека. Если речевые недостатки мешают жить и работать, можно позаниматься в индивидуальном порядке. Корреспондент «Денег» Елена Алеева побеседовала с кандидатом педагогических наук, доцентом кафедры сценической речи Театрального института им. Б. В. Щукина Анной Бруссер.

Сценическая речь — обязательный предмет для студентов театральных вузов. Почему сейчас уроки по технике речи оказались актуальны не только для них?

       — В России утеряна система речевого образования. Детей учат музыке, чтобы развить слух, они занимаются спортом, чтобы быть физически крепкими, рисуют, чтобы иметь художественный вкус, но их совсем не учат говорить. Считается, что все речевые недостатки должны быть устранены в детстве и для этого ребенку надо заниматься с логопедом. Но если проблемы все же остались, они сопровождают человека всю жизнь. Конечно, бывают и органические недостатки, например короткая уздечка языка, неправильный прикус, щербинка между верхними зубами. Но человеку даже с одним из таких недостатков можно помочь, придав его речи выразительность, а произносимым звукам — четкость и внятность. Но это не стопроцентный результат, и человек должен понимать, что идеальной речи у него не будет. Часто приходится иметь дело не с этим, а с уже вошедшей в привычку неправильной постановкой языка или работой губ. В таких ситуациях опыт, накопленный педагогами русской театральной школы, неоценим и должен использоваться для людей самых разных профессий.

       Речь, как известно, отражает социальные процессы в обществе. До «перестройки» средства массовой информации отличала эталонная речь. Телевидение и радио, все, что звучало вокруг нас, имело нормативное произношение. Затем появилось множество авторских каналов и ток-шоу, и выделиться им можно было разговорной, простой, небрежной речью. Постепенно люди не только перестали придерживаться точности и четкости произношения, но и стали бравировать этим. Сейчас, как мне кажется, начинается новый виток: в моду входит красивая, грамотная речь, всем уже надоела речевая анархия.

С какими проблемами приходится иметь дело?

       — Как правило, проблема не в чем-то одном, она комплексная. Само понятие «техника речи» объединяет четыре основных блока. Сюда входят такие разделы, как дикция, орфоэпия, постановка дыхания и голоса, логика речи. Работать приходится с каждым из них. Например, проблемы с дикцией — это проглатывание некоторых звуков или неправильное их произношение. А может быть просто небрежная речь, когда человек говорит не «война с Ираком», а «война с раком».

       Следующий раздел — орфоэпия — отвечает за нормы современного литературного произношения. Например, за правильность постановки ударения: говорить надо не «созвОнимся», а «созвонИмся», не «вклЮчит», а «включИт». За эталон принят московский говор. Если человек говорит на диалекте своей местности, его произношение считается ненормативным. Узнаваем вологодский, архангельский, пермский говор. У иностранцев, говорящих на русском языке, наблюдается акцент. Он может быть, например, грузинским, эстонским, немецким. С акцентом работать сложнее, чем с говором.

       Третий блок — постановка дыхания и голоса. Проблема заключается в том, что человек не может владеть своим голосом. Например, он хочет говорить низко, убедительно и выразительно, а получается не пойми что.

       Четвертый блок — логика речи. Ее нарушения приводят к недоразумениям в конструкции «казнить нельзя помиловать», когда человек не умеет выделять главное слово и убирать второстепенное, не может определять смысловые центры логических кусков, грамотно расставить паузы.

С чем приходят к вам клиенты?

       — Люди страдают из-за того, что их речь монотонна, невыразительна и незаразительна. Для специалистов речевых профессий, например телерадиожурналистов, техника речи — показатель профессиональной пригодности. Приходят бизнесмены, для которых речевой аспект, на их взгляд, не входит в число профессионально значимых факторов, но они ориентированы на публичные выступления.

       Однажды перед выборами ко мне обратился имиджмейкер лидера одной небольшой партии — удивительно образованный, интеллигентный человек. Он попросил провести курс занятий со своим подопечным. Но сам политик оказался его полной противоположностью. Он встретился со мной только потому, что повышение речевой компетентности было обязательным условием имиджмейкера. «Думал, достаточно хорошего костюма и галстука, ну к парикмахеру сходить, а тут еще и речью заниматься надо»,— сказал политик. Не имея привычки халтурить, я «отработала» урок. Но затем решила отказаться от занятий с ним. Кто-то понимает, что ему нужно заниматься речью и что именно речь является его визитной карточкой, а кто-то в этом сильно сомневается.

       Другое дело, какая при этом у человека мотивация. На тренинге, на мой взгляд, невозможно научить, а можно только дать ориентиры. Посветить фонариком, показать направление и объяснить, куда можно пойти, чем позаниматься и что улучшить. А если уж человек решил заниматься, то начинать надо с технологических вещей — поправить дикцию, снять говор, а затем уже прививать навыки публичного выступления. В экстремальных ситуациях, к которым относится любая публичная речь, важно уметь управлять собой, своим телом и голосом, при этом быть ярким, обаятельным и заразительным.

       Очень важный момент — направленность речи: кому и зачем говорится та или иная фраза. Один бизнесмен занимался упражнениями на «словесное действие». Мы отрабатывали одно предложение с разными подтекстами. Например, «я доказываю» (партнеру, клиенту, оппоненту), «я отказываюсь от предложения» (руководителя, партнера), «я настаиваю на своем предложении» (обращаясь к подчиненному, партнеру, чиновнику). Когда мы добились 30 вариантов произношения этой фразы, он сказал, что больше не боится никаких переговоров.

Вероятно, к вам попадают люди, которые всю жизнь переживают из-за своих речевых недостатков и даже не подозревают, что с этим можно работать в зрелом возрасте?

       — Им я объясняю, что есть реальный и не очень сложный путь для преодоления речевых проблем. Как-то приходит ко мне женщина, которая при своих солидных габаритах говорит очень высоким голосом: «Я педагог. Вхожу в аудиторию и начинаю говорить о серьезных вещах, а надо мной студенты смеются. Подскажите, что делать». А ей всего-то необходимо расслабить шейно-плечевой отдел и заняться дыханием. Человеку, может, и в голову не приходит, что он говорит не своим голосом. То есть голос-то вроде как его, он к нему привык, но этот голос не имеет ничего общего с его природным звучанием. Между тем существуют определенные упражнения для голосообразования и дыхания. Потренировавшись, человек начинает совсем по-другому «звучать» и разговаривать.

       Занимался у меня молодой человек, у которого, когда он говорил, лицо было как застывшая маска — не то что мимики не было, а губы не двигались. Мы начали разрабатывать губы артикуляционной гимнастикой. В какой-то момент сработала педагогическая интуиция, и я поинтересовалась, было ли что-то в его жизни, чем он увлеченно занимался. Оказалось, он очень серьезно занимался йогой. Там одно из обязательных условий — расслабленность и внешняя отрешенность. Он уже давно забыл об этом, начал работать корреспондентом, и его профессиональные навыки сильно страдают от этой давно приобретенной привычки.

Что делать, если говор или акцент заметен настолько, что раздражает окружающих и мешает самому человеку?

       — Мне неоднократно приходилось слышать, что человеку отказывали в приеме на работу из-за сильного говора и даже рекомендовали пойти для его исправления на соответствующие курсы. Конечно, такой отказ может сильно задеть самолюбие. Поэтому с этической точки зрения надо объяснять, что московский говор принят за речевой эталон исключительно потому, что Москва — столица. Но если бы не было диалектов, то не было бы и русского языка в таком объеме и разнообразии.

       Орфоэпия изучает, чем отличается устная речь от письменной, изменение гласных и согласных звуков, произношение заимствованных слов и т. п. Мы пишем «молоко», а произносим на месте этих трех «о» три разных звука. Говорим «щот», а пишем «счет». При обучении применяется система транскрибирования каждого произносимого слова. Приемы транскрибирования следует понять, запомнить и в дальнейшем постоянно контролировать свою речь. Постановка правильного произношения — очень кропотливая работа, одна из важных составляющих которой — наличие хорошего речевого слуха. Ведь если человек не слышит свои ошибки, он не сможет их исправить. Правда, если он не настроен работать с говором, я не настаиваю. Даже самая распространенная ошибка остается ошибкой, а норма — это выбор каждого конкретного человека.

Какие методы вы используете в работе?

       — Те, что сама разрабатываю, но в их основе — фундаментальные труды в области сценической речи. Я много работаю с классической литературой, в бизнес-обучении этим очень мало пользуются. На художественных текстах можно продемонстрировать основные логические конструкции, добиться эмоционального включения, отработать точное ведение мысли и ее завершение. Я использую произведения Гоголя — там есть эмоциональное насыщение, которое ведет к заразительности речи. Я люблю «Героя нашего времени» Лермонтова, потому что там железная логика. Мне нравится работать с произведениями Достоевского, Толстого и Бунина. Человек занимается текстом, читает вслух, отрабатывает технику. Потом эти навыки помогают ему в публичных выступлениях. 

Сколько стоят индивидуальные консультации?

       — Один час занятия может стоить от 500 руб. до $100. Цена часто определяется не мастерством педагога, а уровнем клиента, причем не только материальным. С кем-то я и бесплатно могу работать, например с педагогами начальной, средней и высшей школы. Для меня это особая категория. Понимаете, как нельзя всех накормить, но можно научить хлеб выращивать, так и научить говорить абсолютно всех нельзя, но можно и нужно учить педагогов. 

Сколько времени занимает коррекция?


       — Дать материал можно очень компактно, а вот «взять» — это вопрос индивидуальный. Ведь любой практический навык важно понимать не головой, а внутренним ощущением. При проблемах с дикцией необходимо развивать мышцы, с орфоэпией — включать память и постоянно контролировать себя. В основном за десять индивидуальных занятий вполне можно все подчистить, во всяком случае, продемонстрировать человеку, как и что надо делать, чтобы справиться с речевой проблемой. Я не сторонник ежедневных занятий, оптимальный вариант — два раза в неделю. Если меньше, ученик все быстро забудет, да и контроля никакого нет; больше — ученик не успевает выполнить домашнее задание. Некоторые умудряются заниматься и по полгода, и по году, но я считаю, что это неправильно. Я показываю определенные пути, а потом на какое-то время оставляю человека одного с его проблемами: если он принцип понял — пусть сам работает. Иначе можно навсегда остаться его костылем.

Рекомендуем обучение:

Екатеринбург:
«Техника и Культура речи» Речь как инструмент успеха!
Практическая риторика
Речь как инструмент успеха

Пермь:
Искусство речи: риторика и ораторское мастерство

Санкт-Петербург:
Курс «Бизнес-риторика»